Ярославский след екатеринбургских разборок вокруг строительства храма

 

Скандал и схватки сторонников и противников строительства храма Святой Екатерины в центре Екатеринбурга имеет и отчетливый ярославский след. Дело в том, что бывший ярославский архиерей владыка Кирилл теперь служит в Екатеринбурге, являясь митрополитом Екатеринбургским и Верхотурским. Человек он очень деятельный, чему мы были свидетелями и в Ярославле. И на Урале ведет себя активно, настойчиво продвигая церковные интересы: возвращает храмы и строит новые. Только в центре Екатеринбурга уже четыре действующих храма, теперь вот хотят воздвигнуть пятый.

Что касается Ярославля, то мы уже привыкли к возведенному на Стрелке к 1000-летию города Успенскому собору. Даже те, кто выступал первоначально против его строительства, согласны, что это ныне украшение Ярославля и его достопримечательность. Но огромные размеры храма, восхищающие сейчас туристов, стали головной болью для церковнослужителей. Только на коммуналку, прежде всего на отопление огромного собора в зимний период уходят ежемесячно сотни тысяч рублей. А отопительный сезон у нас продолжается семь месяцев в году.

Прихожане же, вкупе с туристами, даже в великие праздники заполняют храм, дай бог, на четверть или того меньше. Что мы и видели в минувшую Пасху. А на службах в будни вообще – пустота.  Значит, и пожертвования невелики. И доходы падают. Потенциальная же вместимость кафедрального, то есть главного в городе и в епархии собора, – до четырех тысяч человек. На меньшее никак не соглашался, как его умные люди ни отговаривали (предлагали уменьшить до тысячи, как в старом Успенском соборе, взорванном большевиками), тогдашний ярославский архиерей – архиепископ Ярославский и Ростовский Кирилл.  Архиерей в 2011 году на Урал уехал, а собор остался. Ну, а нынешнему пожилому владыке – митрополиту Пантелеимону приходится мучаться из-за амбиций молодого предшественника.

Чтобы сократить издержки обслуживания храма, церковным властям, говорят, предложили сделать его летним, без отопления огромного помещения. И службы проводить только в теплый сезон. Как, например, в огромном Введенском соборе в Толгском монастыре, который открывают только с наступлением весеннего тепла. Заодно можно теперь, спустя 10 лет со дня освещения Успенского собора, заняться росписями голых до сих пор стен. Что, конечно, тоже потребует немалых расходов, но ведь экономия от коммунальных расходов станет изрядная.

А круглогодично службы можно проводить в зимних, гораздо меньших помещениях – в галереях, что с правой, что с левой стороны. Вообще-то, как рассказывают, в правой, сейчас закрытой галерее, уже идет роспись стен. Поэтому она огорожена и доступа туда нет.

Наверное, такое решение разумно. Надо жить по средствам, как призывают нас светские власти: денег нет, но вы держитесь! С Божьей помощью, видимо.

В процессе возвращения храмов и другого реквизированного после революции 17-го года церковного имущества, начавшегося в годы горбачевской перестройки, выяснилось немаловажное обстоятельство: культ культом, духовное духовным, но все это движимое и недвижимое надо содержать, а это немалые расходы. Храмов-то уже много, а прихожан – нет. Да и религиозного рвения нищающего православного люда уже не хватает. С чем и столкнулись церковные отцы-экономы.

Предположим, что данное обстоятельство стало одной из причин, что замедлился процесс передачи РПЦ Спасского монастыря в Ярославле, на чем настаивал еще архиепископ Кирилл. Планировали завершить его еще в 2018 году – к 1030-летию Крещения Руси. Но ведь этакую махину надо содержать. Государство, оно, конечно, готово и льготы церкви давать, и освобождение от налогов, но времена-то нынче рыночные, дико капиталистические. И это диктует определенное поведение даже чиновникам, которые хотели бы грехи замолить и райские кущи обрести вкупе к земным благам. Да пирог-то общественный не тот, усох. Вот и приходится теперь даже церковнослужителям пояса потуже затягивать.

 

ПоделитесьShare on VKShare on FacebookTweet about this on TwitterShare on Google+Email this to someonePrint this page

1 комментарий для “Ярославский след екатеринбургских разборок вокруг строительства храма

  1. Виктор
    20.05.2019 из 11:40

    Не совсем понятно, хотя и «терзают смутные сомнения», чем руководствуются инициаторы строительства подобных монументальных богоугодных заведений в современный период? Гигантомания, как минимум. Процент населения, постоянно посещающего церкви и храмы, находится в пределах статистической погрешности. Поэтому неудивительно, что помещения почти пустые, а перспективы туманны – на дворе 21 век с его стремительным научным локомотивом. И ранее, в непросвещенное время, меценаты строили церкви и храмы. Но не только. Были еще школы и больницы. Хотите, господа меценаты, увековечить свое имя в истории России – стройте школы, больницы, научные центры, лаборатории, университеты и т.д. А то, что возводится сейчас, уже не модно и мало кому нужно, поскольку того, что уже есть на всех их хватит.

  2. Рудольф
    23.05.2019 из 01:37

    «В процессе возвращения храмов и другого реквизированного после революции 17-го года церковного имущества..»
    Как минимум, со времен Петра I Екатерины II церкви и проч. утварь церковникам не принадлежали, цари-то были умными, оч хор представляли, какую опасность представляет собой это «государство в государстве» и поэтому держали её на коротком поводке. Всё это было у них, так сказать, в доверительном управлении и ни о какой «реквизиции» тут речи не может идти. Со своими обязанностями по управлению церковь не справилась, и по-хорошему, должна за это ответить. Материально.
    А уж что-то «компенсировать» за счет всего народа и это в светском по конституции государстве, ну знаете!

    • Королёв Павел Владимирович
      23.05.2019 из 21:11

      Полностью с Вами согласен!!! Вот что по этому поводу утверждает доктор исторических наук, профессор кафедры «Истории России новейшего времени» историко-архивного института Российского государственного гуманитарного университета Михаил Бабкин: » …не совсем корректно говорить, что имущество церкви было государственным. Потому что «государственное» – испорченное современное понятие. Оно было, более корректно говорить, казенным. Всё принадлежало казне. Конечно, были микроюридические лица. Приходы, монастыри, синод имел право, условно говоря, юридического лица. Архиерейские дома. И у них были какие-то объекты недвижимости. Но, повторяю, вся церковь право юридического лица не имела. То что церковь не имела собственности, не была хозяйкой недвижимого своего имущества, ни земель, ни зданий, ни строений – свидетельствует то, что на любую сделку с недвижимостью надлежало спрашивать с любого уровня (с приходского, с монастырского) разрешение через синод у императора. То есть император только лишь давал визу. Церковь не была хозяйкой своих недвижимых имений.»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *