Народ узнал, как мало он зарабатывает

Широкие массы россиян вступили в эпоху великих зарплатных открытий. СМИ и соцсети, как по команде, переполнились рассуждениями о различиях между «средней», «медианной» и «модальной» заработных платах.

Авторы материалов — кто с мудрой улыбкой, а кто и с воздеванием рук — сообщили публике, что пора забыть о средней зарплате, которой привыкло хвастать начальство (47,7 тыс. руб.) и осознать, что истинная заработная плата называется медианной и по своей величине существенно меньше (34,3 тыс.)

И это была только первая волна. В последние день—два господство на информационном поле захватила еще более истинная зарплата — модальная, незначительность которой (23,5 тыс.) заставит вздрогнуть даже человека хладнокровного. Именно столько, оказывается, «получают большинство граждан России».

Байки о пятидесяти- или хотя бы сорокатысячной зарплате как якобы «стандартной» люди привыкли считать пропагандистским блефом. И совершенно правы. Но стоит ли в качестве заработка «большинства граждан» принимать двадцатитысячную?

Нет, не стоит.

Начну с того, что первоисточником всех этих сенсационных цифр является выпускаемый раз в два года бюллетень Росстата, очередной выпуск которого, посвященный зарплатным раскладам на апрель 2019-го, только что опубликован. Не то чтобы составители сильно его рекламировали, но каждый интересующийся может с ним познакомиться.

Отмечу, что о средних зарплатах госстатистика докладывает ежемесячно и громким голосом, а обо всем прочем — гораздо реже и тише. При этом величина средней заработной платы, определяемой как среднее арифметическое всех начисленных зарплат, говорит лишь о том, что сравнительно небольшой части россиян достается гораздо больше прочих. Доля верхних 20% работников в общей сумме, пошедшей, по отчетам, на оплату труда, составляет 48,3%, а доля нижних 20% — 6,2%.

Итак, мерить типичные российские заработки по отчетным величинам «средней заработной платы» неправильно. Интуиция граждан не обманывает. Две трети работников у нас получают меньше, чем «средняя зарплата».

А что сказать о зарплате модальной?

Ее измеряют так. Берут всю лестницу заработных плат. Проходят по ней с каким-либо интервалом — скажем, в 1 тыс. руб. Выясняют, сколько получателей зарплат попадают в каждый интервал. Допустим, в интервале от 23 тыс. до 24 тыс. получателей больше, чем в любом другом тысячерублевом отрезке. И, наконец, по формуле, которой я не стану грузить читателей, выводят некую «модальную» цифру с точностью до рубля — в нашем случае это 23,5 тыс.

Экзистенциального смысла в модальной зарплате нет. Получают ее, разумеется, вовсе не большинство работников. В нашем случае она близка к среднеарифметической заработной плате в третьей снизу десятипроцентной группе (22,3 тыс. руб.) Это означает, что примерно 70% работающих получают больше модальной зарплаты.

Начальство так запудрило мозги людям, что этот простой как таблица умножения и широко используемый в мире индикатор выглядит у нас чем-то загадочным. Влиятельный медиа-ресурс настолько уверен в невежестве своих читателей, что, подступая к обсуждению медианной зарплаты, почтительно проситавторитетного экономиста раскрыть публике суть этого таинственного показателя.

Надеюсь, однако, что повторных обращений к экспертам не понадобится. Шумиха, поднявшаяся сейчас в прессе вокруг заработных плат, показывает, что граждане созрели для того, чтобы начать знакомиться с реальным состоянием проблемы.

Помимо прочего, из росстатовских докладов они могут извлечь, что в апреле 2019-го медианная зарплата составляла 72% от средней, в апреле 2017-го — 72,8%, а в апреле 2015-го — 73,6%. То есть, по сравнению со средней, медианная идет вниз, указывая, что неравенство заработков у нас растет. И оно уж точно не помогает прогрессу. Застой во всем, но только не в деньгах, которые выписывает себе привилегированный слой.

Однако не будем отвлекаться и уточним сами цифры.

Много это или мало? С пониманием того, что в Москве медианная зарплата (после вычета НДФЛ) — 57 тыс., а, к примеру, в Псковской области — 21 тыс., согласимся, что доля тех, кому в лучшем случае едва хватает на самое необходимое, в стране велика.

И, несмотря на казенный трезвон о «борьбе с бедностью», эта доля скорее растет, чем убывает. Ведь экономика в застое, а реальные располагаемые доходы (надо помнить, что они состоят не только из заработных плат) снижаются шестой год подряд.

Сергей ШЕЛИН, обозреватель, Росбалт

ПоделитесьShare on VKShare on FacebookTweet about this on TwitterShare on Google+Email this to someonePrint this page

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *