Анатолий Лисицын: «У нас сегодня две России»

30 июля в Ярославском региональном отделении партии Справедливая Россия состоялась пресс-конференция, в которой в качестве эксперта выступил первый губернатор Ярославской области, бывший Ярославский сенатор Анатолий Иванович Лисицын. Пресс-конференция прошла в рамках всероссийской информационной акции СР «Борьба с бедностью: когда победим?».

– «Справедливая Россия» каждый год проводит глобальный анализ какой-то большой проблемы. Этот анализ выливается в большой доклад, который кладется на стол премьер-министру. В прошлом году анализировались проблемы здравоохранения, в этом году – проблемы бедности. Экспертный доклад, над которым около года работали  пять докторов экономических и юридических наук, более 20 специалистов центрального аппарата партии, опубликован на официальном сайте СР и представляет собой не только серьезное исследование, но и содержит конкретные предложения по решению проблемы, – пояснил секретарь бюро Совета регионального отделения партии Анатолий Каширин, открывая пресс-конференцию. –  Экспертом пресс-конференции является Анатолий Иванович Лисицын, который на протяжении многих  лет боролся с бедностью народа и знает, что предложить и как это сделать.

Анатолий Лисицын: – Бедность – национальная проблема новой России. И вряд ли мы согласимся с  недавним заявлением одного высокопоставленного чиновника из Кремля, что в России более 50 процентов населения – это средний класс. По его статистике в Ярославской области всего лишь 120-130 тысяч граждан – бедные, а 600 тысяч жителей области – средний класс. Мы прекрасно понимаем, что такая статистика идет от лукавого. Очень важно, что СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ подняла в политическом серьезном плане необходимость программы борьбы с бедностью.

Когда в начале 90-х годов на встречах люди задавали вопросы, почему вовремя не выплачивается заработная плата, почему задерживают пенсию, почему нет помощи многодетным семьям, студентам и т.д., мы отвечали: в стране нет денег. И, действительно, тогда  в стране не было собственной нефтяной и газовой ренты, баррель стоил 10 долларов, – не было денег. Сейчас, через 25 лет, фонд национального благосостояния составляет около 12 триллионов рублей, но благополучие так и не пришло в российскую провинцию.  На фоне активного пиара о благополучии российской экономики, где все процветает, растет, где рубль угрожает доллару, мы прекрасно видим, что совсем по другому развивается ситуация в жизни простого населения.

У нас сегодня две России. Одну Россию нам показывают по телевидению  – мощную, благополучную, авторитетную, которая решает судьбы мира и ворочает невероятными суммами в банковском секторе — преимущественно, руками олигархов. Вторая Россия, провинциальная, этот телевизор смотрит, считает копейки до пенсии или зарплаты, боится и эту низкооплачиваемую работу потерять, бьется с нерешаемыми проблемами в ЖКХ, с плохими дорогами…

Россия занимает лишь 78 место из 100 ведущих стран по уровню пенсий. У нас она в среднем составляет 190 долларов, когда в Прибалтике средняя пенсия 660-680 долларов, в бедной Сербии – 280 долларов. Эти реальные показатели  говорят о том, что бедность в России гораздо выше, чем по официальным данным.

Я три дня назад провел встречи в поселках Арефино, Шашково, Назарово, и меня поразило, насколько люди потеряли элементарную надежду на то, что в их жизни что-то изменится к лучшему. Полное отсутствие веры в государство!

Российские регионы сегодня стали пасынками всех экономических программ. Они сегодня потеряли элементарную экономическую и социальную самостоятельность. Закредитованность региональных бюджетов сегодня составляет около 1,3 трлн рублей.  Ярославль на 90 процентов закредитован – о каком развитии может идти речь? Руководство и депутаты гордятся: под 80 процентов бюджета идет на социальные расходы. Так это беда!  Значит нет никакой инвестиционной деятельности, никакого развития. В 90-е годы  социальные расходы регионального бюджета составляли где-то 60 процентов, поэтому мы могли и мост через Волгу строить и аэропортом занимались. А сейчас область вообще ничего не строит.

Зато мы прекрасно видим, что Москва беременна деньгами, не знает куда их девать. Один только ее «плиточный бюджет»  составляет в год до 300 млрд рублей. То есть Москва позволяет себе тратить только на благоустройство почти 4 бюджета Ярославской области.

Разброс регионов по уровню жизни населения принимает катастрофические формы. 6-8 регионов, там где есть нефтяная и газовая рента, имеют сверхдоходы. Вторая группа – регионы, сидящие на федеральной дотации, прежде всего Чечня, которая на 80 процентов финансируется из федерального бюджета. На 70 процентов из федерального бюджета финансируется Дагестан, Севастополь, Крым.

И 70 процентов в России регионов таких, как наша Ярославская область, центр и северо-запад России, там, где остается порядка 20-25 процентов налогов.

До двухтысячного года распределение налогов было 50 на 50: мы оставляли у себя в области 50 процентов доходов, другая половина уходила в федеральный бюджет.  Казалось бы решение лежит на поверхности – необходимо перестроить систему межбюджетных отношений и сделать регионы активными членами экономических преобразований. Возвращение справедливых межбюджетных отношений является моей главной целью все последние годы. Я в Совете Федерации поднимал эту тему, а мне говорили: «А почему тебя не поддерживают ярославские депутаты, почему региональные депутаты эту тему не поднимают в целом?».  Видимо, гибкопозвоночная жизненная позиция не позволяла им вслух говорить об этой проблеме. Сейчас, надеюсь, «Справедливая Россия» будет эту тему поднимать в целом. Без этого мы ничего не сделаем. Потому что с федерального уровня не видно те социальные проблемы, которые есть в регионах, в сельской местности, федералы их вообще не понимают.  Зато их очень понимают местные органы власти, но не имеют реальных денег.  Я уже просчитал аналитику по Ярославской области и считаю, что при наличии в региональном бюджете 115-120 млрд рублей (сейчас он примерно 80 млрд) можно проблемы бедности в какой-то степени сдвинуть с мертвой точки – активно помогать развитию малого и среднего бизнеса, создавать условия для  поддержки многодетных семей и других слоев населения и для решения тех социальных проблем, которых очень много.

Кроме этого, из федерального центра необходимо решить еще две серьезные проблемы. Первая – дешевые кредитные линии. За 30 лет новой России мы не видели ни одной длинной дешевой кредитной линии, которые могли бы получать успешные предприятия и организации с крепкой кредитной историей.  Поэтому не развивается малый и средний бизнес, который является основой экономики. Если взять экономику любой достаточно развитой страны, там 50-60 процентов – вклад малого и среднего бизнеса. У нас до пандемии было 20 процентов (в Казахстане – почти 30), а сейчас, в лучшем случае, осталось 15 процентов. Малый и средний бизнес – это, как раз, создание рабочих мест, что очень важно прежде всего для провинции, где занятость – очень болезненная тема.

И со стороны Федерации, в конце концов, надо вводить прогрессивную шкалу налогов для богатых. Во всех развитых странах действует принцип: кто больше зарабатывает, тот больше платит налогов.  И все доводы наших экономистов о том, что деньги уйдут в тень, что бизнесмены уйдут, это отговорки, которые не имеют серьезных оснований. Оставьте бесконечные проверки малого и среднего бизнеса и отправляйтесь проверять крупный бизнес и всех монополистов, там ищите, тогда ничего никуда не уйдет!

Вопрос журналиста: Анатолий Иванович, оцениваете ли вы как позитивный момент прямые выплаты семьям с детьми во время пандемии?

Анатолий Лисицын: – Общая сумма этой помощи составила примерно 2 трлн рублей,  что около трех процентов ВВП. Если посмотреть на страны Европы, то там более 10 процентов ВВП вложили в помощь населению во время пандемии.  В России никаких стратегических решений не приняли, очень скромно, очень бедно  вложились в сглаживание тех проблем, которые пандемия внесла в нашу жизнь.

Вопрос журналиста: – Проблему выплату пенсий правительство попыталось решить путем поднятия пенсионного возраста, т.е. за счет тех, кто работает. Но ощутимого роста размера пенсий не произошло. Как бы вы предложили решить вопрос материальной обеспеченности пенсионеров?

Анатолий Лисицын: – Международная организация труда установила стандарты пенсионного обеспечения: 60 процентов от заработной платы. Не от средней по больнице, а от зарплаты человека. У нас стандарт сами знаете какой. У меня жена, бывший банковский работник, получает пенсию 13 тысяч. Сестра, штукатур-маляр, – 14 тысяч. Половина пенсии уходит на оплату коммунальных услуг.  Почему в Прибалтике, где нет нефтяной-газовой ренты эта проблема решается – пенсия 680 долларов? В бедной Сербии – почти 300 долларов. И при том наличии средств, которое есть у нас, наше государство устраивает сомнительную пенсионную реформу и пытается найти аргументацию, которая совершенно людям непонятна. Зато сейчас обсуждается принятие закона о страховке крупных нефтегазовых  компаний ­– Газпрома, Роснефти и др. Чтобы они получали страховые выплаты из фонда национального благосостояния в случае падения рубля к доллару!

Вопрос журналиста: – Не кажется ли Вам, что нынешняя система вполне устраивает руководство России, и с бедностью оно бороться не собирается? Очень удобно отбирать деньги у регионов, и потом выдавать «за хорошее поведение» тем регионам,  где население «выбрало» правильного губернатора, где руководители регионов себя ведут правильно.

Анатолий Лисицын: – Я с вами согласен. Слабым и бедным народом управлять проще и легче.  Установленная вертикаль власти и финансовых взаимоотношений привела к тому, что регионы сегодня лишь выполняют те команды, которые спускаются сверху.  Регионы не могут составить свою программу развития ни по одному направлению, потому что они абсолютно экономически не самостоятельны. Это очень плохо.

В 90-е годы был Совет губернаторов, руководители регионов постоянно встречались, обменивались опытом, мнениями. Вместо полпредств было  семь Ассоциаций экономического развития,  их на общественных началах возглавляли губернаторы. Центральную, на 8 областей, я возглавлял 7 лет. Мы были членами правительства России, на каждом заседании правительства присутствовали и напрямую могли задавать вопросы премьеру. А сейчас губернаторы друг друга не знают, с их мнением в высшем руководстве страны не считаются. И абсолютно нарушена практика нормальных честных выборов.

Когда президент Путин избирался на нынешний новый срок, он уверял, что его стратегическая задача на ближайшие шесть лет – повернуть экономику государства на развитие внутренней жизни страны. За три года мы это очень слабо ощутили. Мы пытаемся утвердить свой авторитет в мире, говорим, что мы – мировая держава. Но авторитет любой державы, в первую очередь, оценивается благосостоянием  и уровнем жизни ее населения.

ПоделитесьShare on VKShare on FacebookTweet about this on TwitterShare on Google+Email this to someonePrint this page

1 комментарий для “Анатолий Лисицын: «У нас сегодня две России»

  1. Наблюдатель
    31.07.2020 из 15:25

    Недурно;здравые мысли,но переломит ли ситуацию одна/?!/»Справедливая Россия»…

    • гость
      06.08.2020 из 16:57

      А «Справедливая Россия» хочет переломить ситуацию,голосуя за пенсионную реформу,за обнуление сроков,за бюджет?

  2. Доброжелатель
    01.08.2020 из 10:51

    Как минимум три персоны в правительстве РФ/Силуанов,Набиулина,Мантуров/вызывают справедливую критику за отставание государства/см в ч.свежий номер
    «Аргументов недели» и не только/.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *