Когда отказали тормоза

Было 10.30 утра 4 февраля 1998 года. Майор Овсянникова объявила, что она задерживает его и помещает в камеру. У Юрия Калмыкова это не вызвало протеста, желания горячо убеждать следователя, что он ни в чем не виноват, что это ошибка. Юрий так смертельно устал, что единственным его желанием было немедленно лечь и заснуть. Что он и сделал, когда за ним, лязгнув замком, закрылась дверь камеры.

Спал крепко, без сновидений. Очнулся от того, что кто-то пинал его по свесившейся с нар ноге. «Встань!» Он слез на пол, не поняв в первое мгновение, где находится. Дверь узилища была распахнута, в ее проеме стоял милиционер. Последовали ритуальные вопросы, известные Юрию по фильмам о тюрьмах и колониях. Он назвал свои анкетные данные. Когда «гость» удалился, Калмыков присел на нары и сосредоточился… ДВА С ПОЛОВИНОЙ НЕДЕНОМИНИРОВАННЫХ МИЛЛИОНА Почти полтора года назад, в октябре 1996 года, главный инженер Борисоглебского АТП Юрий Калмыков на служебном «Москвиче» поехал в Ярославль за запчастями. На одном из перекрестков, останавливаясь на сигнал светофора, нажал на педаль тормоза. Но торможения не произошло (как выяснилось позже, лопнула тормозная трубка), «Москвич», продолжая катиться, въехал в стоявшие впереди «Жигули», за рулем которых сидел некто Плеханов. Результат: разбитый фонарь, помятый бампер… В общем, авария пустяковая. Водители решили урегулировать конфликт самостоятельно, без ГАИ. Поехали на ближайшую станцию технического обслуживания, где специалисты оценили ремонт «Жигулей» в два с половиной миллиона (неденоминированных) рублей. Через несколько дней, как договорились, Плеханов приехал в АТП. Но директор денег рассчитаться за аварию не дал. Тогда Калмыков у себя в кабинете передал Плеханову 2 миллиона 500 тысяч рублей, полученных в тот день утром на очередную покупку запчастей. При этом взял с потерпевшего расписку: мол, деньги получил, ущерб возмещен полностью, претензий к АТП не имею. Калмыков знал, что по закону в подобных случаях ущерб пострадавшему от автоаварии должна возмещать организация-владелец автомобиля. Но следователь посчитал, что передав Плеханову казенные деньги, он, Калмыков, тем самым совершил их хищение. Утверждениям Юрия, что позже он на свои деньги купил запчасти, которые были установлены на принадлежащую предприятию автомашину, не поверили, назвав сданные им в бухгалтерию закупочные акты фиктивными и обвинив Калмыкова в должностном подлоге. 19 декабря 1997 года было возбуждено уголовное дело, и обвинение звучало так: «получил в кассе предприятия под отчет деньги, которые присвоил и использовал в личных целях для возмещения ущерба ДТП». ОТ СУМЫ ДА ОТ ТЮРЬМЫ… 49-й день рождения, 6 февраля 1998 года, для Юрия Калмыкова особо знаменателен — он провел его в камере. В тот же день в его доме и служебном кабинете с санкции прокурора Борисоглебского района Валентины Васильевны Матвеичевой были произведены обыски. 9 февраля, через два дня после выхода из КПЗ, с диагнозом «гипертонический криз» он попал в больницу. От переживаний за судьбу любимого зятя не выдержало больное сердце у старенькой матери его жены. Старушка скончалась. Начались бесконечные, дичайшим стрессом изматывающие часы, проведенные в клетке на тяжкой, позорной скамье подсудимых, и садиться на нее пришлось Юрию Васильевичу трижды. Впервые в октябре 1998 года. Тогда оправдательный приговор Борисоглебского суда опротестовала прокуратура района, а коллегия областного суда с ней согласилась — приговор отменила и направила дело на новое рассмотрение. Во второй раз через год уже другой борисоглебский судья оправдал Юрия Калмыкова. Очередной протест райпрокурора не возымел действия — облсуд оставил приговор в силе. По представлению Матвеичевой прокурор области принес в порядке надзора протест в президиум облсуда, который вновь отменил приговор. Еще ровно через год — вновь скамья подсудимых, на этот раз Ростовского суда. Третий и последний приговор (от 3 ноября 2002 года): оправдать по обвинению в хищении за отсутствием состава преступления и признать виновным в должностном подлоге по статье 175 УК, назначив по данной статье наказание в виде 1 года исправительных работ по месту работы с удержанием в доход государства 10 процентов заработка; в связи с истечением срока давности от наказания освободить. Юрий Васильевич подал жалобу, в которой просил оправдать его по обвинению в должностном подлоге, потому что в соответствии с законом он не является должностным лицом, подлежащим ответственности по данной статье. Но кассационная инстанция отклонила жалобу, и приговор вступил в законную силу. ДУША КРИЧАЛА, ЧТО НЕВИНОВЕН В июне 2001 года Калмыков обратился к председателю Ярославского облсуда с ходатайством, в котором утверждал, что он незаконно осужден по ст. 175 УК РСФСР, и просил принести соответствующий протест в порядке надзора. Юрия Васильевича поддержал депутат Госдумы Анатолий Грешневиков. Но и.о. председателя облсуда Галина Васильевна Федоренко сообщила, что, по ее мнению, осужден Калмыков правильно и оснований для принесения надзорного протеста не имеется. Но Юрий Васильевич был готов идти до конца и обратился с жалобой уже в Верховный суд РФ. Уголовное дело истребовали. И тут же произошло чудо российского правосудия: заместитель председателя Верховного суда РФ Анатолий Егорович Меркушов принес в президиум Ярославского областного суда протест, в котором требовал: «приговор Ростовского районного суда Ярославской области от 3 ноября 2000 года и определение судебной коллегии по уголовным делам Ярославского областного суда от 19 декабря 2000 года в отношении Калмыкова Юрия Васильевича в части осуждения его по 175 ст. УК РСФСР отменить и дело прекратить за отсутствием в его действиях состава преступления». Дальнейшее диктовалось развитием событий. 16 января 2002 года президиум областного суда удовлетворил (а куда уж тут деваться!) надзорный протест и прекратил уголовное дело за отсутствием состава преступления. В «деле» была поставлена жирная юридическая точка. Несколько неудобно читать и сравнивать два документа. На ум сразу приходит русская пословица: закон что дышло, как повернул, так и вышло. В первом из них, от 10 августа 2001 года, и.о. председателя, член президиума облсуда Галина Федоренко утверждала, что приговор и кассационное определение, которые Калмыков просил опротестовать, вынесены обоснованно и в соответствии с законом; его вина в должностном подлоге в суде подтвердилась, а его доводы о своей невиновности обоснованно признаны неправильными. Через 4 месяца на заседании президиума облсуда, 16 января 2002 года, она же, Федоренко, выступая докладчиком по делу, излагала диаметрально противоположное: доводы надзорного протеста являются абсолютно правильными, приговор и кассационное определение вынесены необоснованно и в нарушение закона, а в действиях Калмыкова отсутствует состав преступления. Надо отдать должное судье Ростовского районного суда Татьяне Александровне Гераниной, которая рассматривала дело в третий раз. Она изучила дело внимательно и вдумчиво, вникла в юридическую суть фактов и сделала правильные, основанные на законе выводы: «08.10.1996 г. подсудимый, исполняя свои служебные обязанности, управляя принадлежащим Борисоглебскому АТП автомобилем, в результате разрыва тормозной трубки совершил ДТП, повредив автомобиль ВАЗ-2106 свидетеля Плеханова; 16.10.1996 года подсудимый… получил в кассе АТП 2 млн. 500 тыс.руб. для возмещения материального ущерба от ДТП и передал указанную сумму Плеханову под расписку.… в данном случае имело место добровольное возмещение материального ущерба потерпевшему от ДТП надлежащим ответчиком — Борисоглебским АТП как владельцем источника повышенной опасности. Подсудимый Калмыков не обязан был возмещать ущерб потерпевшему за свой счет, денег, принадлежащих АТП, он не похищал и не присваивал…» Так дело лопнуло в основной своей части обвинения. ДОЛЖНЫ ОТВЕТИТЬ И СЛЕДОВАТЕЛЬ, И ПРОКУРОР И теперь, когда признано, что никаких преступлений Калмыков не совершал, неминуемо встает вопрос об ответственности следователя майора милиции Ольги Петровны Овсянниковой и прокурора района старшего советника юстиции Валентины Васильевны Матвеичевой, незаконно привлекших Калмыкова к уголовной ответственности, лишивших его на трое суток свободы, подвергнувших незаконному унизительному обыску его дом, опозоривших человека на весь район, причинивших столько моральных, нравственных и физических страданий Юрию Калмыкову и его близким. Дамы в погонах нарушили статью 299 — привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности (лишение свободы до 5 лет), статью 301 — заведомо незаконное задержание ( до 2 лет) и статью 293 — халатность, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного или небрежного отношения к службе, если это повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства ( максимальное наказание — арест до 3 месяцев). Очевидно, что здесь неприменимы статьи 299 и 301 УК РФ. Невозможно будет доказать, что Овсянникова и Матвеичева заведомо знали об отсутствии в действиях Калмыкова состава какого-либо преступления, но по каким-то своим личным мотивам все же привлекли его к ответственности и посадили в камеру. Трудно представить себе, какие у них могли быть личные мотивы. Скорее всего, они просто никудышные чиновники с юридическим образованием. Интересно, что, когда Калмыков, настаивая на своей невиновности, сослался на то, что, мол, какое же это хищение, я эти деньги передал Плеханову в возмещение причиненного в ДТП ущерба, Овсянникова, демонстрируя знания юриспруденции, возразила: «Какой вы умный! Вот мой сын разбил на работе машину, дак он платил из собственного кармана». Убийственный аргумент! Когда Калмыков, после того как президиум облсуда полностью его оправдал, приехал в Ростовский суд, чтобы еще раз дополнительно изучить материалы и подготовиться к предъявлению иска о компенсации морального вреда, ему случайно встретилась судья Геранина, спросила: «Будете обращаться с иском о компенсации?» Услышав категорично утвердительный ответ, она произнесла: «Пожалейте Матвеичеву». Пожалеть, замолчать обо всем происшедшем, как будто ничего не произошло?! Но человеку четыре года треплют нервы, ему пришлось уволиться из АТП, и сейчас он без работы и стал гипертоником и язвенником. Юрий Васильевич намерен добиваться освобождения обидчиков от должностей и считает, что это будет только на благо правосудию Борисоглебского района.

ПоделитесьShare on VKShare on FacebookTweet about this on TwitterShare on Google+Email this to someonePrint this page