Капустный хруст

Октябрь. К этому времени на селе весь выращенный с большим трудом урожай убран. Засыпаны в хранилища пшеница, рожь, овес, картофель, овощи. Излишки реализованы. Это касается сельхозпредприятий, но есть еще так называемый частный сектор, где в течение весны, лета и осени также шла напряженная страда. Частный сектор состоит из двух составляющих: коренные крестьяне и дачники — московские, ярославские и жители других близлежащих городов. Все они трудятся на нашей земле, выращивая овощи и фрукты.

Октябрь. К этому времени на селе весь выращенный с большим трудом урожай убран. Засыпаны в хранилища пшеница, рожь, овес, картофель, овощи. Излишки реализованы. Это касается сельхозпредприятий, но есть еще так называемый частный сектор, где в течение весны, лета и осени также шла напряженная страда.

Частный сектор состоит из двух составляющих: коренные крестьяне и дачники — московские, ярославские и жители других близлежащих городов. Все они трудятся на нашей земле, выращивая овощи и фрукты. Для крестьян земледелие — суть их жизни, для дачников — увлеченное времяпрепровождение и большое подспорье к городскому семейному бюджету.

К октябрю и те, и другие уже в полной мере заготовили на зиму огурцы, помидоры, лук, чеснок и, конечно же, картофель, как принято считать, второй хлеб. Все эти соления и варения завершены в сентябре, а на октябрь остается третий хлеб — капуста. В отношении капусты никакой натяжки нет, ведь в деревне не существует ресторанного меню и, как правило, бытует из первых блюд всего два: суп и капустные щи. В моем далеком детстве мама в обед подавала к столу на первое щи, на второе суп. Для щей квасилась зеленая капуста, то есть из внешних листьев кочана. Она так и называлась — щаная, а белую шинковали ножами или специальной шинковкой. Ее ели с картошкой и просто так. Перепившие накануне мужики лечились с похмелья капустным рассолом, заливая ковшами пожар души. И помогало!

Но прежде чем получить рассол, капусту нужно заквасить. Мне вспоминаются октябрьские деревенские деньки, когда уже заморозки ложились на землю, к этому времени капуста была срублена, сложена в погреб или в горницу. И начинался процесс заготовки этого витаминсодержащего продукта на всю долгую зиму.

С потолка дома стаскивалось огромное осиновое корыто, и оно на несколько дней занимало немалую часть избы. Начинался процесс превращения обычных зеленоголовых кочанов в конечный продукт. В нашем доме это важное дело всегда выполняла бабушка — Агриппина Савельевна. Мы, дети мал мала меньше (а нас — четверо), усаживались на пол вокруг корыта и помогали бабушке. Поначалу нужно было «спустить» капусту, то есть освободить при помощи ножей кочаны от верхних зеленых листьев. От кочерыжек освобождала сама бабушка, эта операция была не под силу детям, да и порезать руки было немудрено.

Наспускав ядреной капусты полное корыто, бабушка приступала к рубке. Она рубила одной, а иногда двумя тяпками одновременно, и мы, кто мог, брали тяпки, что полегче, в руки и помогали бабушке. Во время этой рубки в избе стоял сочный капустный хруст, который запомнился на всю жизнь.

Не менее запомнился и вкус кочерыжек, которые ели, как морковь, прежде срезав наружную корку. Иногда мы поступали более изысканно: разрезали кочерыжку надвое и при помощи ножа «сочили» сердцевину. Было очень вкусно! Тем временем бабушка, изрубив мелко капусту, солила ее без всяких пропорций, на глазок. Здесь есть одна тонкость: если капусту пересолить, то она не заквасится, если не досолить — переквасится! Агриппина Савельевна имела на этот счет какое-то чутье, как, впрочем, и все деревенские женщины. И никогда не ошибалась.

Николай ЕФЛАТОВ,

Ростовский район.

ПоделитесьShare on VKShare on FacebookTweet about this on TwitterShare on Google+Email this to someonePrint this page